Граффити» — слово итальянского происхождения, которое переводится как «нацарапанный» («graffito»). Правда, многим уличным художникам подобная этимология слова «graffiti» не очень-то нравится, и их можно понять, поскольку между каракулями типа «продам-куплю», найденными еще при раскопках римского форума (все-таки итальянские корни!) и нынешним искусством граффитчиков, говоря словами А.Грибоедова, «дистанция огромного размера». И разница тут не столько во времени, сколько в стилистике исполнения граффити. Абы как и лишь бы что нацарапать на стене у современных мастеров этого искусства просто не принято. Они прежде всего художники, а не вандалы с зубилами или дрелью в руках.
graffiti_new_york_09
Однако, что ни говори, а граффити зародились именно из простых каракулей на стенах, типа: «Здесь был Килрой» или «Здесь был Фуфел». А если вам доведется побывать в Шильонском замке, то на одной из колонн мрачного каземата вы сможете увидеть автограф самого лорда Байрона. Конечно, подобные надписи были очень разными: среди них можно встретить и магические формулы, и любовные посвящения, и даже проклятия в адрес неугодных правителей. А кто не знает историю про слово «рок», начертанное по-гречески на стене собора Парижской Богоматери, которое побудило великого французского писателя Виктора Гюго написать бессмертный роман?

До семидесятых годов прошлого столетия граффити оставались исключительно словесной формой самовыражения. Посему исследователей этого периода уличного начертательного искусства больше интересует не «как», а «что и зачем» написано. Дело в том, что сами граффитчики того времени почти не обращали внимания на это пресловутое «как». Вспомните, что поется в известной песне Гарфанкела и Саймона конца шестидесятых годов: «…и слова пророков написаны на стенах подземки». И ни намека, ни даже легкого кивка в сторону того, как все это написано.

Graffiti, в том виде, в каком мы их знаем сейчас, зародились в Нью-Йорке как составная часть культуры хип-хоп. Безусловно, по этой причине в языке современных граффитчиков изобилуют хип-хоповские словечки, а купить сувениры в стиле граффити опять-таки проще всего в магазинчиках, торгующих всякой хип-хоповской мелочью. Однако настоящее произведение граффити, отличающееся яркой индивидуальностью, масштабностью и сделанное не ради денег, а исключительно для души, в подобных «шопах» купить невозможно.

Для своих полотен пионеры граффити использовали самые простые аэрозоли и маркеры, вручную изготовляли необходимые рабочие инструменты. Не брезговали ничем: даже штепсельная краска шла в ход, а отслуживший баллончик дезодоранта становился самым распространенным корпусом для такой «начинки». Но, несмотря на всю примитивность этих «инструментов», на свет появлялись истинные художественные полотна…

Среди граффитчиков можно встретить настоящих мастеров, которые способны воплотить в своих произведениях даже библейские сюжеты. Однако большинство уличных художников — это граффитчики с амплуа «шрифтовщика» или «писателя». Такое примитивное направление в граффити зародилось из стилизованных «автографов», или «тэгов», довольно простеньких по форме и исполнению. Безусловно, «тэггер» — это начинающий граффитчик, еще только постигающий азы оригинального уличного искусства.

…В Нью-Йорке граффити быстро набирали обороты, и вскоре им были уже тесны закоулки и школьные туалеты. Творчество рвалось на волю, на простор, поэтому самым идеальным объектом для подростков-граффитчиков становятся поезда метро. Вагоны этих поездов, раскрашенные ночью в отстойниках уличными художниками, выходили на маршрут совершенно неузнаваемыми. Представьте «художественное полотно» размером в целый вагон, которое увидели жители Нью-Йорка в 1975 году!.. А год спустя граффитчики разрисовали за ночь уже целый состав. Плоские и белые вагоны как нельзя лучше подходили для такого подземного творчества, а вот бруклинские, из гофрированной стали, не пользовались особой популярностью, хотя некоторые мастера graffiti не брезговали и ими. Руководству метро, да и города в целом, такое творчество не пришлось по душе. И даже не потому, что оно нарушало привычное представление о подземке и ее поездах, — некоторые граффитчики не прочь были похулиганить, компенсируя таким образом отсутствие мастерства и художественного вкуса. Поэтому к середине восьмидесятых годов прошлого века уличные художники были полностью вытеснены из подземки Нью-Йорка, а их творения попросту закрашены. Известный граффитчик и рэппер того времени Футура-2000 с горечью и сожалением напишет об этом: «Как много юных умов, которым есть что поведать миру, да все их творения безжалостно затираются машинами…»

DSC_0283_zps1ff05e96Сегодня Нью-Йорк уже не является мировой столицей граффити — она переместилась в Лос-Анджелес. Однако «город желтого дьявола» по-прежнему считается колыбелью этого уличного искусства. Более того, в последнее время в Нью-Йорке широкое распространение получило творчество туристов-граффитчиков, которые стремятся во что бы то ни стало оставить надпись на стенах города: ведь этим так приятно похвалиться, вернувшись к себе на родину, — все-таки колыбель граффити! Напомним, именно в Нью-Йорке зародились многие направления и течения этого искусства — от старой школы так называемых «надувных букмастеров» до самого ультрасовременного стиля «wild style», который требует огромного мастерства и опыта в написании сложнейших письмен и узоров, да еще, как правило, в яркой индивидуальной манере.

В 1982 году об этом стиле граффити выходит фильм Чарли Ахерна «Wild style». Главный герой картины — парень-граффитчик, расписывающий поезда в Южном Бронксе. И хотя, по словам критиков, лента получилась драматургически наивной и слабой, в социологическом плане она довольно верно раскрывает суть и некоторые направления уличного искусства. Еще более достоверной картиной о граффити становится фильм Стэни Латана «Beat Street», считающийся культовой хип-хоповской картиной.

Однако лучше всего о сути и значении любого стиля в творчестве граффити скажет Генри Чэлфант в своей книге «Subway Art», которая до сих пор считается своеобразной библией граффитчиков. Для каждого уличного «писателя» стиль — понятие чрезвычайно конкретное, напишет Чэлфант, и определяется оно неповторимой формой и уникальным соединением букв, всем тем, что достигается не часами, а месяцами, а то и годами упорнейшего труда. Лучшая учеба, заметит автор книги, это повторение — бесконечное восхождение от простого к сложному, это «черновик», куда забрасываются, а потом шлифуются и шлифуются новые идеи.

Документальный фильм «Война стилей» показывает историю соперничества различных направлений в искусстве граффити. На заре его становления война разных стилей была до примитивного простой — поверх работы конкурента рисовалась своя надпись или картина, а если на это не хватало времени и таланта, то художество соперника просто перечеркивалось крест-накрест. Старые граффитчики Нью-Йорка помнят и специальную команду «The cross outs», которая по сути объявила войну всем стилям, а потому «крестила» любые уличные картины. Сейчас такая манера борьбы считается глупым ребячеством, до которого не снизойдет мало-мальски уважающий себя мастер graffiti. Существуют более цивилизованные способы выяснения споров и отношений, а именно соревновательные. Например, один из художников предлагает за определенное время «заполнить» картиной конкретную площадь стены. Победителем становится тот, кто быстрее, а главное, лучше выполнит это задание. Другой способ разрешения споров нацелен на количество — кто сумеет «освоить» как можно большую площадь. В любом случае в качестве арбитра всегда выступает третья, независимая, сторона или команда. Заранее обговаривается вознаграждение победителя или штраф проигравшего. Краски и другие материалы для граффити становятся в этом случае лучшим подарком для выигравшего спор. Проигравшие могут порой лишиться права подписывать свои произведения. Как бы то ни было, ритуал наказания проигравшего становится более важным, чем само наказание, — чаще всего оно носит чисто символический характер.

Аббревиатуры названий различных команд, кругом и всюду оканчивающиеся на букву «k» (kings — короли), — это еще одно напоминание о вечном соревновании различных направлений и стилей в граффити. Тут каких только королей не встретишь! Своеобразный писательский стиль того или иного направления — тоже чаще всего результат непримиримой борьбы друг с другом, и властями в том числе. Например, огромные квадратные буквы с определенным наклоном в двух цветах — прекрасное оружие против чужих граффити или руководства подземки. Во-первых, можно быстро и легко добиться максимального результата, а во-вторых, на начальном этапе развития уличного искусства такие гигантские буквы становились показателем крутизны: у кого имя больше — тот и круче. Правда, историю graffiti — как стиля, как настоящего искусства — можно проследить именно с того момента, когда в них появилось осознание, что увесистыми буквами вывести свое имя может любой бездарь, и это не свидетельствует об индивидуальности и мастерстве.

nyc_old_9Искусство граффити всегда подвергалось гонениям. Люди, стоящие на страже порядка и закона, считали и считают до сих пор, что даже высокохудожественная роспись муниципального имущества представляет серьезную угрозу обществу. Многие американские граффитчики поплатились за свое творчество штрафами, а некоторые даже угодили в тюрьму. Во многих крупных городах Америки пытались решить эту проблему за счет выделения для уличного творчества специальных стен и дворов, однако для всех граффитчиков таких площадей просто не хватает. Тогда власти (например, того же Лос-Анджелеса) повели борьбу как бы с другой стороны, обозначив строгие зоны нетерпимости для граффити. Местная полиция в этой борьбе использует как современную технику, так и некоторые, с точки зрения морали, недозволенные методы. Например, однажды переодетые полицейские под видом съемочной группы сплотили вокруг себя 60 ничего не подозревающих граффитчиков, которые раскрыли свои любимые объекты, поставщиков красок и материалов и признались в своих личных творениях. Руководство штата Нью-Гэмпшир пошло еще дальше и предложило наказывать уличных художников битьем деревянной палкой по заднице. К счастью, до дела так и не дошло. А в Филадельфии был составлен список самых опасных граффитчиков, в эту борьбу включились даже производители всевозможных красок, к

оторые посчитали, что уличные художники подрывают их престиж.

Престиж же самого искусства граффити в Америке подрывают, во-первых, слияние его с культурой хип-хоп, а во-вторых, сравнительно большая зависимость уличного творчества от «крутых» парней, которые используют граффити для метки своей территории. Естественно, в этом случае применяются малохудожественные средства. Все перипетии и гонения сторонников граффити вкупе приводят к тому, что среди уличных художников так мало представительниц прекрасной половины человечества.

Если же говорить о гонениях, то часть нью-йоркских подземщиков в конце концов перебралась в Европу и здесь открыла новую страницу истории. Например, в Великобритании graffiti претерпели интересную эволюцию и стали частью национальной поп-культуры. Для британского полицейского уличный художник — это потерянный подросток из малоимущей семьи, которому в этой жизни не светит ничего хорошего. Однако благодаря граффити такие малоимущие таланты успешно находят себя в рекламе, дизайне и музыке. Поэтому можно утверждать, что резкой границы между легальным искусством и нелегальными граффити в Великобритании не существует, и что такое хорошо, а что такое плохо, с точки зрения закона, — понятия тоже весьма расплывчатые. И то, что один граффитчик из Шеффилда схлопотал за свое творчество 5 лет тюрьмы, вовсе не говорит о том, что осуждено искусство граффити в целом и теперь каждому уличному художнику в Англии запрещено приближаться к железнодорожному мосту или появляться в лондонском метро.

[#Beginning of Shooting Data Section] Nikon D100  2007/02/25 14:31:14.9 RAW (12-bit) Lossless Image Size:  Large (3008 x 2000) Lens: 24-85mm f/3.5-4.5 G Focal Length: 85mm Exposure Mode: Programmed Auto* Metering Mode: Multi-Pattern 1/90 sec - f/10 Exposure Comp.: 0 EV Sensitivity: ISO 400 White Balance: Auto AF Mode: AF-S Tone Comp: Auto Flash Sync Mode: Not Attached Color Mode: Mode III (sRGB) Hue Adjustment: 0° Sharpening: Auto Noise Reduction: OFF Image Comment:                                      [#End of Shooting Data Section]

За последние годы Европа значительно уступила искусству уличного ваяния, и лидирующими странами, в которых особенно распространились граффити, стали Италия и Франция. Не намного отстают от них Польша и Чехия, а в Берлине существует даже специальный салон, куда можно обратиться с заказом и предложением своих услуг. В Швейцарии или Финляндии уже никого не удивляет, что скудный скандинавский пейзаж часто оживляют картины уличных художников. Британский мастер граффити Чу, который позднее нашел себя в дизайне компьютерных игр, убежден, что уличное художество благодатно и раскрывает творческие возможности человека.

В России история граффити началась в 1985 году вместе с повальной модой на брейк-данс, что вполне объяснимо, поскольку это течения одной культуры. В середине восьмидесятых, вспоминает Макс-Навигатор, основоположник российских граффити, по стране прокатилась волна своеобразных break-фестивалей, больше походивших на концерты. Эти молодежные шоу чаще всего сопровождались декорациями в стиле граффити, которые, при всей их тогдашней наивности и несовершенстве, настолько потрясали публику, что сами выступления артистов отходили на задний план. Макс вспоминает, как в то время у знакомых моряков, побывавших в Америке, они буквально по клочку выуживали любые сведения о graffiti. И когда, например, видели фотографии разрисованных поездов нью-йоркского метро — были просто в шоке. Но еще больший шок Макс испытал в Риге, когда воочию увидел это уличное искусство, выполненное талантливым художником Крысом. «В тот момент, — вспоминает знаменитый российский граффитчик, — я настолько был поражен этими настенными картинами, что, купив в рижском магазинчике несколько десятков баллончиков с аэрозольной краской, тут же бросился создавать что-то подобное…»

Кстати, тому, что искусство граффити намного быстрее и эффективнее прижилось в Прибалтике и Калининграде, есть вполне прозаическое объяснение. Дело в том, что аэрозоль в Прибалтике тогда стоил намного дешевле, чем в остальной части России. Например, в Риге баллончик хорошей краски стоил в пять раз дешевле, чем в Москве, и выбор здесь был гораздо богаче. Да и взаимоотношения с городскими властями тут были менее напряженными…

Сам Макс пришел однажды в мэрию своего родного Калининграда и предложил сравнить эскизы собственных задумок по граффити с фотографиями реальных уличных художеств. Администрация городской мэрии была настолько поражена увиденным, что тут же узаконила визуальную среду для городских граффити. В дальнейшем, по словам самого художника, больше хлопот ему доставляли не чиновники, а сами горожане, которые всячески противились новому уличному искусству. Да еще вмешивались граффитчики-тинэйджеры, пытающиеся внести свои штрихи в уже готовые картины.

А вот в Москве достучаться до мэрии по этому вопросу очень нелегко. Как говорится, другой масштаб и совсем иной менталитет. Хотя российской столице, по мнению многих опытных граффитчиков, совсем не помешали бы яркие фантастические картины уличных художников, которые согрели бы души москвичей и вдохнули в город ощущение молодости, раскованности и новизны…

Надо сказать, что в последнее время неофициальные граффити в столице России заметно помолодели, и рядом с работами основоположников уличного творчества все чаще можно видеть творения новичков. Правда, по мнению профессионалов, сейчас на всю Россию  отыщется не более трех-четырех человек, которых можно назвать истинными мастерами искусства граффити, да еще 15-20 человек приближающихся к ним. Однако эти уличные художники творят в стиле граффити настолько талантливо, что им могут позавидовать даже профессионалы из Америки и Европы.